Перед входом в чайный домик росла бамбуковая рощица из десятка деревьев вперемежку с отцветающими кустами горной сливы и вишни. Несколько крупных, почти плоских камней с углублениями уложены вдоль песчаной тропинки, ведущей ко входу в домик. Расставив нас вдоль этих каменных изваяний по только ему понятному статусу (наша одежда по учености или богатству не помогла ранжированию - все в джинсах и цветных майках), хозяин продемонстрировал нам омовение лица, отдельно лба, губ и рта, затем долго смачивал водой свои руки и сушил их на солнце.

Каждый из нас у своего сосуда пытался сделать почти то же. Процедура очищения мысли и тела завершилась глотком очень холодной горной воды прямо перед невысокой (около метра) входной дверью чайного дома. Интерьер святилища чая Поклонившись низко двери, хозяин начал приглашать гостей (отдельно каждого) вовнутрь.

Интерьер заслуживал внимания: две противоположные стены представляли из себя небольшие картинные галереи.

Слева висели китайские свитки с изображением цветов - хризантемы, пионы всех цветов и ирисы... Справа - пейзажи и натюрморты чайной живописи.

В центре вокруг круглого, инкрустированного камнем, стола черного лака, были расставлены низкие круглые табуреты и длинные каркасные полки на ножках. Внутри, в пространстве, образованном беспорядочным расположением крыш пагод, стояли строго расставленные наборы чайной посуды: в несколько этажей были расположены личные чайнички и отдельно ряд больших коллективных фарфоровых и керамических чайников.

Здесь же находились шкатулки с разнообразными чаями, которые хозяин чайного дома раскрывал перед каждым гостем для «вкушения» ароматов.

Гости смиренно расселись (другое слово подобрать трудно), в полумраке следили за приготовлениями, которые совершали младшие монахи. Хозяин из висящей в небольшом гамаке коллекции свитков извлек один и, раскручивая его как бесконечный рулон бумаги, объяснял гостям историческую мудрость даосской культуры чаепития.

При этом он сидел перед гостями на корточках в матерчатых тапочках и двухцветном коричнево-зеленом халате, поглаживая свою белую бороду, очень живописно расположившуюся на его колене. Даосский пучок волос, собранный на макушке, был хитроумно закручен на бамбуковые палочки и высвечивался светом очага, отображаясь на стене то тенью загадочного зверя, то величественной короны...

Почти через час самосовершенствования участники церемонии полностью и навсегда уверовали в то, что чай, чаепитие - это дар природы и путь объединения души человека с живой природной силой воды, собранной здесь же из росы на рассвете. Младшие монахи внесли с площадки за чайным домом тяжелый металлический сосуд, похожий на треногу с водой, уже исходящей паром.

Очаг в чайном домике был небольшой и совсем незаметно расположен в расселине трех каменных плит пола.

Туда принесли раскаленные угли, не меньше среднего яблока, и участники ритуала начали наблюдать чарующее зрелище оживления воды.

На каменных плитах очага в это время расставлялись для прогревания и большие коллективные чайники, и наборы личных заварных чайничков для каждого гостя.